Писательница: Кулаковская Рэната Александровна
Входит в цикл: “Очерк”
Глава в томе: Алябьев. Люди,города и веси в судьбе композитора I
Случайный абзац
Житьем похвальным — вот пример:
Покойник был почтенный камергер,
С ключом, и сыну ключ умел доставить;
Богат, и на богатой был женат;
Переженил детей, внучат;
Скончался — все о нем прискорбно поминают:
Кузьма Петрович! мир ему!
Что за тузы в Москве живут и умирают!
Грибоедов хорошо знал Офросимовых. В одно время с Офросимовым умирал другой московский туз, иного рода,— из тех, которые, "великолепные соорудя палаты", "разливались в пирах и мотовстве", которые "для затей"" сгоняли крепостных детей на балет и, промотавшись, умирали в нищете. То был кн. А. Н. Голицын, по прозванию "Cosa-rara", проживший громадное состояние (свыше 20 000 душ) и теперь существовавший на пенсию, которую выдавали ему его племянники, князья Гагарины. Про него рассказывали, что он ежедневно отпускал своим кучерам шампанское, крупными ассигнациями зажигал трубки гостей, не читая подписывал заемные письма и пр. Сердобольная Марья Ивановна навещает его в его предсмертной болезни и очень жалеет его: "один лежит на холопских руках; имевши жену, имевши 22 тыс. душ — и в этаком положении. Не накажи, Господи, никого этакой бедой! Два человека наняты за ним смотреть". Его жена, урожденная княжна Вяземская, не вынося его самодурства и расточительности, развелась с ним еще в начале века и вторично вышла замуж за гр. Льва Кирил. Разумовского; Голицын был дружен с мужем своей бывшей жены, часто обедал у нее и нередко даже показывался с нею в театре. Голицын умер в апреле 1817 года; Гагарины схоронили его с почестью — похороны, пишет Марья Ивановна, стоили 10 тысяч, на попонах и на карете были голицынские гербы; "если бы он и имел все свои 22 тысячи душ, лучше бы его не схоронили". Еще тузы и типы грибоедовского общества, друзья Марьи Ивановны и ее соседи по пензенскому имению,— Кологривовы, Петр Александрович и его жена, Прасковья Юрьевна, не без основания считаемая прототипом Татьяны Юрьевны в "Горе от ума" 2. Их дом был тот самый, что теперь обер-полицмейстера, на Тверском бульваре. Муж — надутый, тупой, бестактный: "он без намерения делал грубости, шутил обидно и говорил невпопад" (Вигель); о нем очевидец (А. Я. Булгаков) рассказывает, что он, обругав в Собрании (в 1821 г.) одного из своих товарищей по директорству дураком, затем оправдался так: ясно ведь, что я пошутил; ссылаюсь на товарищей: ну, может ли быть дураком тот, у кого 22 тысячи душ? — Ни дать ни взять, как у Грибоедова: В заслуги ставили им души родовые.
Координаты: 1048 год; 0.24 кубика адреналина.
Индекс удобочитаемости Флеша — 69, для 8-х и 9-х классов.
Похожие книги