5 k

2006-07-14
upd 2007-08-28

Читать миниатюру
К книге Страница автора

 Поэтические переводы

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Стихотворение”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

Уильям Блейк Тигр Тигр, Тигр, пламя, жар, в мраке джунглей, как кинжал, чьей рукою, дай ответ, создан страшный твой скелет? В дальней бездне ль, в вышине зрак твой плавился в огне? На каких крылах ширял кто в огне тебя ковал? Чье плечо и чей азарт сжали жилы, что звенят, в сердца ком, чей первый стук страшен был для ног и рук? Что за молот, горн и цепь дали мозгу злую крепь? Наковальня, хватка чья все свершили в тот же час? А когда средь бледных звезд небосвод белел и рос, был твой мастер восхищен, Агнца создал тоже он? Тигр, Тигр, пламя, жар, в мраке джунглей, как кинжал, чьей ладонью, дай ответ, был оглажен твой скелет? Мотылек Маленький мотылек Летом играл. Моею глупой рукой Сбитый, упал. Но разве и сам Я не мотылек? Или кто-то другой От него далек? Пока я танцую, И пью, и пою: Еще слепая рука Пыльцу не смяла мою. Если мысль есть жизнь, И сила, и дух, И желают, чтоб ее Огонек не потух, - Тогда я Просто счастливый мотылек, Или умер я, Иль от смерти далек! Роберт Сервис Парад мертвецов Конец войне безжалостной - победы сладок час! Мы смотрим на солдат сквозь дымку слез. По улицам украшенным шагают мимо нас, И ветер всюду музыку разнес. По крышам кипень флагов, ослепляет блеск наград, Колокола гудят на сто ладов. Солдаты Королевы нам приветственно кричат, Сияет слава ратных их трудов. Вдруг потянуло холодом, на город пала тьма, Ни звука, стихли музыка и звон. Опали флаги, радостная смолкла кутерьма, И люди замерли со всех сторон. А небо помрачнело, собирая складки туч, И жуткий голос поразил сердца: "Долой знамена радости, лишь траур будет тут, Пора пройти парадом мертвецам!" И вот они приблизились, худы, измождены, Печальный отблеск мощи строевой, На лицах пятна пороха, и хаки прожжены, В глазницах вой пустыни гробовой. Гримасы мук и ужаса, сведенные уста, Полуистлели тряпки на костях, На шрамах нагноившихся сукровица густа, Обрубки делают за взмахом взмах. "Вы нас на вельде бросили, как позабытый хлам, Но выползли мы и вернулись вновь. В полях под Магерсфонтейном пришлось остаться нам, У Спион-Коп, в Коленсо пролив кровь. Вы в ямах закопали нас, долг смерти заплатив За свой триумф, и празднуете здесь. Так славьте же и нас теперь, на руки подхватив, Как никого другого, славьте днесь!" Язык немел от горечи, бледнели сотни лиц, Кто мученикам смел бы отвечать? С ума тоска сводила, слезы капали с ресниц, И сердце жгла раскаянья печать. Зачем они пришли сюда, в наш первый мирный день, Скривив уста, оскалившись от мук? Их тысячи - погибших, кто покинул смерти с

Координаты: -649 год; 0.35 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 78, для 13 лет (7-й класс).

4 k

2007-10-12
upd 2008-05-30

Читать миниатюру
К книге Страница автора

 Ангелы в метро

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Сборник стихов”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

Ангелы в метро *** Иных бандитов убивают, а некоторые из них до лет преклонных доживают в домах роскошных и больших. Высоким каменным забором усадьбы их обнесены, любой кирпич оскален вором, вмурованным в позор стены. Чернеют на фасаде стекла, как электрический ожог. Терьеры с пастью словно свекла на прутья делают прыжок. Здоровы, крепки эти бесы. Но умирают каждый миг. То жертвы им звонят из леса, то детский напрягает крик. Полет ямбодактиля В необъятной степи Интернета приютилась избушка поэта. Там душа, словно пчелка, живет, сносит в соты заботливо мед. И над ушком жужжит суггестивно, ожидая награды наивно. Или не дожидаясь наград. Никаких не осталось преград перед ящером, веку не нужным, ямбодактилем с летом натужным! *** Сосновые и пальмовые лапы - мороза блеклый набивной батик. Легонько амальгаму расцарапав, я вижу мертвый отрешенный лик. Свирепость февраля, изнеможенье природы бездыханной за окном. Автобуса надсадное гуденье, как воющий над Белоснежкой гном. Ангелы в метро Они глядят с тоской и сожаленьем на искаженное изображенье себя самих. На вывих, на изъян мечты, обросшей грубой плотью, смертью. Точь-в-точь, как мы глядим на обезьян, по клетке скачущих, покрытых шерстью. *** Солнце всходит и заходит, а в тюрьме моей темно. Редко-редко луч проходит сквозь витражное окно. Золотит иконостасы, Лики Ангелов, Творца... В нервах горечи запасы; нет ни дна им, ни конца. Как Психея расхворалась! Что ж, хотела свить гнездо, но, бедняжка, заметалась, чуть огонь ворвался в дом... Политику Ты фигура, хоть и сволочь. Держишь Библию в руке. Но ни слова в ней за жизнь не прочитал. Говоришь на марсианском, тарабарском языке. На чужих планетах прячешь капитал. Ты мерзавец и предатель. Что министр, что президент. В дипломатике под мышкой у тебя серый мозг Адама с Евой и хирурга инструмент: кесарь правит, тонко кесарить любя. Ирод и Маккиавелли - пироманы еще те, но не дожили до радостного дня. Все маньяки и тираны у истории в хвосте и в сравнении с тобою ребятня. Муха села на варенье... Извини за моветон! Демократия - сам знаешь - воз дерьма. Все хотят украсть идею, чип вживить, навеять сон. Технологий уникальных нынче тьма. *** 'А так как мне бумаги не хватило, Я на твоем пишу черновике' Ахматова. А так как мою клаву что-то глючит, позволь, коллега, комп поюзать твой. *** Иногда прошу я, как о милости, смерти со смирением молю. Вожделею темноты и сырости - и очнуться в радостном раю. Там Престол слепит сильнее магния, воинства небесные кругом! Страшен мир. Сплошн

Координаты: 1590 год; 0.26 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 69, для 8-х и 9-х классов.

18 k

2007-10-12
upd 2008-02-27

Читать миниатюру
К книге Страница автора

 Август

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Сборник стихов”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

Август *** Царапинами старой кинопленки мелькает дождь. И все, что за окном, все хроникою стало. И, наверно, ее уже глядят с открытым ртом в каком-то затемненном кинозале, куда меня с тобою не позвали, но, может быть, ребенка позовут... У ленты этой, прочной, словно жгут, есть петли, повороты и спирали... Броварской вечер Над тонким месяцем случайная звезда. Цвет неба, словно полая вода. Царит февраль бескрайний и скрипучий. И улицы в конце среди многоэтажек - фиолетовые тучи. Когда из гастронома я спешу в тепло с трясущейся в пакете белой булкой, я эти глупости в уме пишу и по утоптанному снегу переулка скольжу навстречу алым позвонкам радиостанции - незыблемо, вон там, поднявшейся над этим тихим краем! Над краем, где живем и умираем. *** Осень и ветер! Потоком летят темные мокрые ржавые листья. Мимо лохмотья свои листопад дружно несет и линяет, как лисья жалкая шкура. А небо ее выдубит, выест сплошными дождями. Все же мне нравится время твое, осень, растраченная под ногами. Нищий октябрь оголенных ветвей, милостыней позолоченный хмуро! Я - твой последний живой соловей, мерзнущим горлом поющий понуро! *** Оксане Ты ждешь меня на каждом полустанке, на каждой мокрой от дождя платформе. И сквозь октябрьские рябые стекла я вижу щуплую твою фигурку повсюду, где ее ни ставит сердце, по бесконечному пути скользя... Серые мыши Серые мыши скушали мир. Серые мыши скушали мир. Будто бы грушу или же сыр, серые мыши скушали мир. Скушали мыши белых ворон, скушали мыши белых ворон. Скушали райских вычурных птиц. Серые мыши требуют: 'цыц'! Некому палку поднять на мышей, некому вилы поднять на мышей, некому косы поднять с топором. Серые мыши плодятся кругом. Впрочем, быть может, ты или я? Впрочем, быть может, ты или я?.. Некому палку поднять на мышей, некому выгнать серых взашей. Оперные терцины. Карузо - Альмавива! Он влюблен в сопрано Сторкьо (прелести Розины). Он серенаду, вперившись в балкон, поет, терзая струны мандолины, горячим голосом чаруя зал и завершая си-бемолем длинным. Но опекунства паутину взял да и связал Дон Бартоло (бас-буффо). Но малый глуп. И будет править бал здесь Фигаро - красавец Титта Руффо. Цирюльников лукавый баритон нам каватину кнопкою для пуфа, куда обидчик, издавая стон, усядется, покажет с быстрым блеском. И прыснут ложи: "Бедный глупый дон"! Вот тут и выйдет в гриме богомерзком Шаляпин. И священник-интриган баском, гудящим, как метель на Невском, собою упоен и в меру пьян, про клевету пробухает интимно. И прорычит в партере меломан по-итал

Координаты: 1186 год; 0.19 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 74, для 13 лет (7-й класс).

1 k

2007-10-12
upd 2008-02-27

Читать миниатюру
К книге Страница автора

 Дети тополей

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Стихотворение”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

Дети тополей Сыновьям Севе и Косте посвящаю "Царство Небесное внутри вас" 1. Провинциалы - дети тополей, Хранители прудов давно заглохших, Понурых верб и трещин на земле, Травы глубокой и людей усопших. По лицам пятна от густой листвы, За домом поле... шелест... бесконечность... А на окраинах копают рвы Чудовища из жизни быстротечной. 2. В библиотеке было тесно, Бумагой пахла тишина, А также называлась детством Ее блаженная страна. Меж стеллажей не разминуться Ни боком, ни спина к спине. Страницы, как живые, гнутся И улыбаются во сне. А двери открывались в темень, В уже нагрянувшую ночь. И мама ключ вонзала в тени, А месяц ей хотел помочь. 3. Прозрачное бесформенное облако, Как недосотворенный Богом зверь... В саду сквозь ветви шлепается яблоко (На месте этих яблонь парк теперь). Царапается в коробочке спичечном Развеянный по ветру муравей. И разве рассказать мне словом вычурным, Как пел однажды летом соловей? 4. Быть может, то, что надо жить, Всего лишь недоразуменье, Пустой костюм, слепая нить, Вьюнок - жестокое растенье. Он все без смысла заплетет. Но не идут на подлость корни. И если выход там, где вход, То память ждет в нейтральной зоне. 5. Провинциалы - дети тополей, Песок, пересыпаемый в ладонях, Мираж, в который верят тем сильней, Чем он причудливей. В нейтральной зоне Нас память ждет. Там встретимся мы с ней, Чтоб больше никогда не разлучаться! Провинциалы матрица людей И черновик обещанного счастья. 20-22.05.2005

Координаты: 0 год; 0.21 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 72, для 13 лет (7-й класс).

3 k

2007-10-12
upd 2008-11-17

Читать миниатюру
К книге Страница автора

 Крымский гербарий

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Сборник стихов”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

Крымский гербарий Строфы Воронцовского дворца 'Глагол времен! Металла звон!' Державин. Мне молвил диабаз: 'Могу быть красотой, могу тянуться ввысь и дымом расстилаться'. Стальной орлиный глаз, подернутый мечтой, сверкнул из-за скалы на святотатцев. Любой из нас сидеть достоин на колу, что он войти дерзнул с таким пренебреженьем. Но труб замерзла медь. И к медленному злу привыкли шкаф и стул, смирились привиденья. Как роскошь он любил!.. Но разве дело в ней?! В осанке иль гербе, портретах миллионных? Он сказку сочинил, и тем еще больней зевакою в толпе сквозить в колоннах. Чего мы ищем здесь? Мы, выжимки эпох, наследники воров, картавых проституток? Смеются парк и лес, балкон - как томный вздох. Блистать среди веков нам меньше суток. А 'мыльницы' трещат, и камеры бегом срывают и крадут причуды интерьера. Экскурсовод объят, пропитан гневным сном. Незваных вон ведут его шаги и вера! Быстрей, чем водный парк, выталкивает нас богов беспечных дом, и в шею гонит слава. Осталось за пятак грез выкупить запас в палатке за углом и сесть на место справа. Набережная Ялты Посвящается Чехову Людно, и пахнет большими деньгами. Пахнет сильней, чем взволнованным морем. Перебирают надменно ногами куклы в очках, не знакомые с горем. Кто-то вылазит на даму с собачкой, кто-то с писателем пьяно обнялся. Здесь, утомленный проклятой болячкой, он и фланировал, в миф превращался. Щурясь, глядел на изгиб побережья, гений в оправе чудных декораций. Кашлял в платок, заворачивал нежно... Дети визжали: 'Купаться! Купаться!' Лирическое отступление Выйди в чистое поле, раскрой пошире бумажник, подставь буйному ветру - пускай, как парус, надует. Летят, летят перекатом развеянные купюры! В Крыму сквозняк еще хуже. Заранее приготовься... Феодосия. Развалины Генуэзской крепости Тоскливые места. Здесь все полито кровью. Тут вырезали турки гарнизон. Здесь духов маета, и тяжкую, воловью нагнул под солнцем выю горизонт. Две башни разошлись, как старческие зубы. Мочой воняет древняя стена. Где воины дрались, турист, как варвар грубый, харкает и малюет имена. Ни паруса вдали... Напрасно ждал подмоги последний латник, в угол оттеснен! Позднее тут вели феодосийцев многих, и на ходу чекист вставлял патрон... Купание в шторм 'Мы с тобой одной крови, - шепну я губами солеными. - О, виннотёмное море! Хлесткие ласки твои, мерный утробный твой рев. С маху швыряешь к ногам ты свою пьяную мощь и уползаешь, шипя, с выглаженного пляжа! Мы одной крови с тобой, желчный нервозный тиран, каждую строчку свою ставящи

Координаты: 680 год; 0.31 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 71, для 13 лет (7-й класс).

2 k

2007-10-12
upd 2008-02-27

Читать миниатюру
Комментариев 3 последний 2019-12-30
К книге Страница автора

 Стихи о Коктебеле

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Сборник стихов”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

Стихи о Коктебеле 1 Одинокая лошадь на склоне холма. В небо врезался серый хребет Кара-Дага. И лежат в великанских ладонях дома, в их запекшихся складках. И ветер - как сага. В мягком воздухе сухо кузнечик трещит. Даже в комнатах слышно дыхание моря. Раскаленное солнце, поднявшись в зенит, здесь царит, ничему не внимая, не вторя. Соль горчит на губах. Закрывая глаза, видишь: вал набегает зеленостеклянный, разбивается в пену и катит назад с мерным шорохом белые гладкие камни. 2 Бухты гладко изогнутый лук. И на древнем лице Посейдона морщины... Как спокоен и тих мир, лежащий вокруг! Только чайка порою кричит без причины. Феодосия брошена горстью костей далеко-далеко и маячит сквозь дымку. В эти дали, быть может, глядел Одиссей, превращенный богами в царя-невидимку. 3 Тропинкой узенькой едва плетешься - нет другой дороги. Степная желтая трава, скользя, обхватывает ноги. Насторожен чертополох с ярко-лиловыми цветками. Наполнен морем каждый вздох, а ум закружен облаками. По рыже-огненным холмам их тени спят, как бригантины. Шлет алый Гелиос - вон там - последний луч из-за вершины. 4 Дорога лениво петляет. Причудливы линии крыш. Балкончики, башенки, мальвы. Во двориках сумрак и тишь. Спиной загорелой мелькает на лесенке кто-то витой. И ласточки низко летают, касаясь луны налитой. Простая людская свобода! Но сколько же нужно страдать, чтоб эту свободу у камня, у мертвого камня отнять! 5 Киммерия - древняя монета, амфора, поднятая со дна. Муза для художника, поэта, спрятанная от чужих страна. Ракушняк, вода и соль терпенья, благодарность за такую ширь, выжженное солнцем отчужденье... Ты порой строга, как монастырь. 6 Спроси у белого грифона, глядящего в морскую даль с покрытого цветами склона, когда вернешься ты сюда. И камень на него похожий у пальцев шевельнет прибой, и капля на прогретой коже соленой высохнет слезой. 24-30 июля 2004 года. Кара-Даг Гигантский серый стегозавр уснул, полузарывшись в землю... 30.07.2004.

Координаты: -999 год; -0.09 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 67, для 8-х и 9-х классов.

1 k

2007-10-12
upd 2009-02-20

Читать миниатюру
Комментариев 3 последний 2007-10-24
К книге Страница автора

 Лето 2005-го

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Стихотворение”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

1 Так припекает, что мозги сквозь поры капают на брюки. И расползаются в круги все краски, запахи и звуки. О, городская канитель! Проклятый реквием асфальта! Маршрутов душных карусель, толпа упорнее базальта. Весь мир, как пересохший рот, рычащий только 'тень' и 'ванна'. И, кажется, вот-вот скакнет со склонов в Днепр конь Богдана! 2 (пиво) Пробку прочь!.. Легкий белый дымок... Добрый джинн с бородой ароматной! Сделай так, чтобы я изнемог, с глаз сотри эти черные пятна. Посади на ковер-самолет с бахромою, похожей на свечи. Пусть земля, закрутясь, уплывет сквозь восточный и бархатный вечер! 3 (женщины) Ах, ты елки! Ах, ты палки! В песню просится любая. Полуголые нахалки скалят зубы, пробегая мимо... мимо... Мама мия! Стал гаремом город Кия! Эти плечи и лодыжки, эти бритые подмышки, этот (все же) запах пота... Как очки солнцезащитны! Жаль, ворочать неохота языком... все карты - биты. 4 Достали - водители, дети, собаки, бомжихи, бомжи, их пустые бутылки, дворы, переулки, помойные баки, таксисты, а также (особо) - мобилки. Я вам предлагаю ввести мораторий на все, что звенит, и рычит, и грохочет. Хотя бы на лето! Не хочете? Сори. И солнце, зараза, садиться не хочет. 29 мая 2005, Киев

Координаты: 0 год; 0 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 75, для 13 лет (7-й класс).

5 k

2007-10-12
upd 2008-02-29

Читать миниатюру
К книге Страница автора

 Роза без шипов

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Сборник стихов”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

РОЗА БЕЗ ШИПОВ *** Не обозначена на карте страна, в которой смог бы жить. Видать, давно под школьной партой она забытая лежит - ее названье даже вижу (страницы ветер шевелит) - та книга с палитуркой рыжей, хранящая обычный вид, куда пацан вписал названье чернильной ручкой на века, как будто выполнил заданье и - так - созорничал слегка! *** Сухие травы льются горячо. Проходит ровный гул в высоких соснах. А выше голубая гладь течет все в тех же закруглившихся вопросах. И трудно так пятнистому жуку по гнущемуся стебельку подняться. И, мало видев на своем веку, я буду этим чудом наслаждаться! В безукоризненную тишину единожды войдя с усталым взглядом, я словно сквозь соломинку тяну нектар бессмертных, что златятся рядом. *** Вечерний ливень... Озаренья! Ночь, подступившая к столу. И мгла, густая, как варенье, размазанная по стеклу. Шершавый шум. И сердце лампы, налитый белизной цветок... Тугие лесенки и трапы, струящийся небесный сок. Тропический... Как где-то дома... Куда вовек не попаду. Чья жалоба давно знакома - усталый, старый какаду. *** Там, за окнами, нет ничего. Лишь лукавый провал черноты. Там кончается свет бытия моего, лишь порою луна и цветы. Лишь порою улыбки людей и усыпанный звездами купол. Там ступаю я, словно по жуткой воде, утомленный мельканием кукол. *** Спрячь свой бисер глубоко, от святыни встань подальше и сотки стальной кокон для души под градом фальши. В самой рваной из рубах, с сухарем заплесневелым, покажи великий крах чистоты пред злом дебелым. И возьми у торжества, онемелы, белы, тяжки, крылья, словно рукава от смирительной рубашки! Роза без шипов Дождь моросит. Роза в горшке. Пасмурный вид. Чашка в руке. Сыт и в тепле. Крыша крепка. Дом на земле, глупой слегка. Зябкой слегка, капельку злой. А в облаках дом мой другой. Если он есть, в шелесте крыл, если я здесь правду открыл. *** Клянусь прожилками кленового листа, что осень снова будет золотою, что медной станет даже береста, в окладах жарче выступит святое! Клянусь, что этот бедный сельский вид покажется тогда нам сущим раем. И люди в кепках прелые грибы растормошат, из хвои выбирая. *** Сквозь ладонь просвечивают звезды, и дрожит оконное стекло. Так люблю космические версты, холодком обдувшие чело! Этот сладкий необъятный ужас, отрыванье пяток от земли. Все, что, телом хищника обрушась, прижимает к праху, рвет в пыли! Выгрызает каменное сердце, выпускает медленную кровь, мучает - и белым полотенцем злую спесь увенчивает вновь! *** Колышутся в окошке ветки - лохмотья черных пару

Координаты: 1235 год; 0.18 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 69, для 8-х и 9-х классов.

5 k

2007-10-12
upd 2008-02-27

Читать миниатюру
К книге Страница автора

 По облакам джаза

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Сборник стихов”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

По облакам джаза Моим друзьям Кэну Бернсу и Винтону Марсалису Наивное Чуть серебрится саксофон во мгле исчезнувших времен. Бен Вебстер, то ли Лестер Янг, из мундштука смакует свинг. И хрипловатый этот звук, и придыханье, кнопок стук... Чуть слышно щелкают они, со счетов скидывая дни. Как будто мы в такси сидим, и счетчик, будто пьяный в дым, мотает яростно назад, и чист отныне циферблат, и, над истоком наклонясь, мы черпаем и боль и страсть! 14.02.07 Серенада Нового Света Поедем в дельту Миссисипи, поедем, крошка, в Новый Орлеан. Там карнавал нас звуками осыплет, там будешь ты счастливой, а я пьян. Рэгтайма вечное кружение и звякающий диксиленд, конвертов на витрине наваждение: Пол Вайтмен, Бенни Гудмен и биг бенд! На хлопковых полях жара и засуха, депрессия в хибарах, городах. Зеленая бумажка, что за пазухой, на пиво и на танцы в пух и прах! Страну беззлобно обучили радости цветные дочери и сыновья. Не знает музыка унылой жадности, щедра ко всем - к таким, как ты и я. 22.02.07 Эллингтон в 20-е Большой талант и славный друг, подходит к фортепьяно Дюк. Улыбкою вдвоем слепят и потопить в ней зал хотят. Вот фалды бешеный подскок, и накрывает, как платок, запястье клавиши. Теперь родился в чаще дикий зверь! Оркестр воет и визжит и прочь от хищника бежит. А тигр бьет себя хвостом и ухмыляется притом. Все джунгли мечутся, рычат, подпольный виски, гомон, чад! Пюпитры, как траву, подмяв, вползает тема, что удав. И замирает, проглотив дрожащий блюзовый мотив. Ложится у тигриных лап, внимая медных щеток сап. И я там был, мед-пиво пил. Мне Дюк автограф подарил! 15.02.07 Черно-белый блюз Старый негр в техасской глубинке зажигает на ветхой гитаре в дряхлом клубе, где помнят еще Мади Вотерза и Сони Терри губошлепы седые в очках. Банки пива в коричневых лапах. Сигареты. И пепел сбивает ноготь розовый медленно в такт... Вентилятор от выпивки пьяный. Тени мечутся в грязных углах. Тени сгорбленных спин! Память в венах бродит, бродит, как зычная боль. Не уснул ли у стойки, приятель? Оптимизма, как в смятой жестянке. Мади умер спокойно: во сне. 2003 - 2007. Сатчмо* Рот-кошелка, трубы золотое жерло раскаленной булавкой пронзает. И звенит высоко-высоко, там, где зло, грязь исподняя не выживает. Он бормочет интимно, немного сердясь, в темный зал, гениально стесняясь легендарных ужимок, базедовых глаз, с каждой смачной синкопой сливаясь. Он стоит, как цилиндр, в отвесном луче, снятый с белых кудрей Аполлоном! Воплощенная радость в скрипичном ключе, Бах, рожденный трущобным бетоно

Координаты: 0 год; 0.29 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 77, для 13 лет (7-й класс).

4 k

2007-10-12
upd 2008-05-15

Читать миниатюру
К книге Страница автора

 Мастер ненужных вещей

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Сборник стихов”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

'Мастер ненужных вещей' *** Мастер точных часов, балерин в волоске, мастер самых прекрасных на свете изделий, уникальных пейзажей - сидит в уголке, озирается взглядом убитых газелей. Водку глушит с собою один на один, забывая слова человеческой речи, мастер ясных миров, гармоничных картин, наклонив на верстак оскорбленные плечи. Впрочем, нет! Равнодушия больше. Душа отмирает не сразу, а так постепенно... Мастер щурится вдаль, где надежд ни шиша, и рождает уродок стиральная пена. Журналисточка Похожая на кокер-спаниеля, который хочет всем казаться догом, она простая девочка с панели простой газетки, желтой и убогой. Она не любит игр в кошки-мышки и, когти поминутно выпуская, любому в мыслях выпускает кишки, безжалостная, быстрая такая. Одно мешает: крохи поклоненья. Тогда, когда ей снятся Эвересты! Они безумно кривят настроенье и заставляют жаждать драки, мести! Нахмурясь, бегать и смолить без счету, еще статью пропитывать кураре. Одна отрада - в пальцы взять банкноту и похрустеть на честном гонораре. Деду Сегодня, в серый мартовский денек, когда поминки по зиме справляет погода, и, как траурный платок, асфальт на локоть город надевает, дымится паром голая земля, туманна даль, как взор десятиклассниц, моя душа, дворнягою скуля, подачки ищет, к мокрым бровкам ластясь. Так ты любви, наверное, хотел в степях отменно диких Забайкалья. Но власть везла на "литерных" расстрел. И свита стерегла ее шакалья твой каждый шаг. Начальник узловой, ты спасся Тем, в Которого не верил. И если бы сейчас ты был живой, то не моим аршином время мерил. Но я молю Его, чтоб Он простил твою неумолимую жестокость. Ты все же верил, все-таки любил. И есть у Власти милость - вот в чем фокус. Соседка Провинциальный кузнечик. Прыг-скок! С рынка на рынок, и в дом, под кусток. В джинсах, футболке цыплячьей - словно играет в апачей. Выйдет со стиркой к веревкам. Впилось солнце, как шмель, в хризантему волос. Пенистой брагой богато, тело пружиною сжато. Вижу я все на своем берегу. Только доплыть и помочь не могу. Хоть и прозрачна, но сетка, путь перекрыла, соседка. Великан Мне снится сон: я великан. В моих руках совок с метлою. И, как оживший истукан, по городу порой ночною, в тумане прячась, я брожу, автомобили подбираю, к дыре огромной выношу и с высоты туда швыряю! Разговор с ветераном 9-го мая - Каждый метр для нас был важен! Отходили, наступали. Пальцы вздрагивали в саже сел сожженных на привале. И белели, как рубахи, печи, словно привиденья. И лежала Русь во прахе, не моля о снисхождень

Координаты: -514 год; 0.27 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 71, для 13 лет (7-й класс). Диалогов: 1%.

11 k

2007-10-12
upd 2017-07-11

Читать миниатюру
К книге Страница автора

 Дом в разрезе

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Сборник стихов”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

     Одинокая свинка морская,   что сидишь ты печально в углу,   мимолетно о чем-то вздыхая   в предрассветную серую мглу?      Недоедена хлебная корка,   ломтик яблока весь пожелтел.   Даже Бунин и Гарсиа Лорка   много-много часов не у дел.      Лишь настенные тикают глухо   ретивому изнывшему в такт,   да звенит надоевшая муха,   разлетясь на любимый компакт.      Ах, юдоли земной быть ли сладкой?!   Счастье что? Недолет, перелет.   Ты зеваешь и розовой лапкой

Координаты: 288 год; 0.32 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 74, для 13 лет (7-й класс).

1 k

2007-10-12
upd 2008-05-30

Читать миниатюру
К книге Страница автора

 Иное небо

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Стихотворение”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

Иное небо "И увидел я иное небо и землю". Апокалипсис 1. Ехал янки через реку. Глядь, кругом него Ирак. Сунул янки руку в реку, а на пальцах нефть. Так-так. 2. Выезжает в чисто поле Терминатор удалой! Человецы, вроде моли, прочь бегут от доли злой. 3. Демократия в угаре. Рыбы на берег ползут, Каждой твари вмиг по харе супермены надают. 4. Вы ж бомбили наши 'свечки' в сорокнадцать этажей! Отведем вас на уздечке да отмоем вас, бомжей! 5. Ну а кто не станет мыться, тех подвесим за муде. Ах, Багдад, душа-столица, полосатые везде! 6. Где ты, витязь Че Гевара? Крепко спишь в земле сырой. Подавилася гитара пластиковой кожурой. 7. Спите, лопнувшие струны! Вам в хрустальные глаза льются кровь и воплей струи, да поет в ушах фреза. 8. Это мироразрезанье. Болевой эксперимент. Колонистские дерзанья населивших экскремент где-то около Аляски. Пять веков тому назад Дон Колумб проплакал глазки, там увидев райский сад. 9. Я люблю твои оглобли, слава наших прежних дней! Красный гоблин - желтый гоблин - вместе пара лебедей! 10. Мы еще врагам покажем, и себе, и всем подряд, мы царя на трон помажем и закурим самосад на крылечке под созвездьем Волопаса иль Стрельца. Байку с Машей и медведем сочиним для сорванца... 11. Наше море - пахнет сталью. Наши горы - концентрат. Хомо сапиенсы, в стаю сбившись, в Африку летят... 12. Ехал янки через реку. Глядь, а там сидит другой. Сунул 'Смит & Вессон' в реку, а оттуда - кочергой! 6 июня 2005 г.

Координаты: 2300 год; 0.48 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 81, для 12 лет (6-й класс).

2 k

2007-10-12
upd 2008-02-27

Читать миниатюру
К книге Страница автора

 Консилиум горшков

Писатель: Коростов Валерий Анатольевич

Входит в цикл: “Стихотворение”

Рассказ в сборнике: Стихотворение | Сборник

Случайный абзац

Консилиум горшков В горшечной мастерской однажды летом, лучами горячащими согреты, представьте - вдруг со всех сторон горшки подняли гул и звон. Горшок бокастый с верхней полки скрипнул: - 'Позвольте мне, коллега, дать посткритптум к моей вчерашней речи (из чего рассудим: не впервые, знать, кипели в горшках такие страсти). - В самом деле, мы даже в бездне не найдем Его! Как я сказал, все хаос. Пусть разумный. Пылинок с черепками только суммы, нас окружившие. А мы всего лишь плод случайных связей этих... всяких... Вот!' - 'Я б с вами согласился, - прогудело чуть ниже, - если б не казалось дело мне более изящным. Так сказать, нельзя нелепостью наш Ум назвать! Точней, нельзя навязывать нам злостно какой-то примитив ширококостный! К нам вирус неспроста был занесен. Попал нам внутрь, и разгорелся он там Разума огнем!..' - "Ого, хватили! Давно вас об пол, видимо, не били!' - 'А можно, я скажу?' - 'А вам молчать вообще полезно! И не дребезжать! (То распалялся свысока горластый, из грубой глины, с ручкой коренастой). - Все просто: коль продрал глаза и не увидел ни аза, так, значит, ничего и нет. И брось трепаться, что, дескать, нас слепили чьи-то пальцы!' - 'Гм... гм... Своеобразнейший подход. Но почему же среди нас живет легенда о Творце и Господине и... гм... Первоначальной Глине?' - 'А я скажу, что мы флюиды, мы отблески, мы миловидны, мы совершенны, как туман и пар, как вздох! Мы тень и тень...' - "Мечтатель ты, Горох! (пятнистого так осадил зеленый). - Подобных нам кругом, небось, вагоны. И не заметишь, как внезапно: тррах! И свежим выметенный заменился прах. Но все же мне неясно, где берется второй и что от первых остается. Теоретически... Какой-то импульс есть... Туда-сюда... Нет, это трудно съесть!' - "Вот-вот', - 'Какой позор', - 'Позвольте место', - "Отстаньте", - "Вы азартны", - 'Интересно...' И 'Прочь!', и 'Вот вам всем!', и 'Со стола вас слезть прошу', и хохот, и хула!.. Лишь на галерке тишина стояла. Оттуда горстка кротких наблюдала, как сквозь витраж в говне и хлам развалин в них всматривается Хозяин.

Координаты: 0 год; 0.37 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 86, для 12 лет (6-й класс). Диалогов: 19%.

Дальше