Писатель: Маргерит Дюрас
Глава в томе: Автобиографические тексты
Случайный абзац
Прижаться лбом к холодному стеклу. Я больше не в силах удерживать свою голову. Ноги и руки у меня тоже тяжелые, но не такие, как голова. Не голова, а сплошной нарыв. Стекло приятно холодит. Через час Д. будет здесь. Я закрываю глаза. Если он вернется, мы поедем к морю, это будет для него самым большим удовольствием. Думаю, что я умру в любом случае. Если он вернется, я тоже умру. Если он позвонит. "Кто там?" — "Это я, Робер Л.", — я смогу лишь открыть ему дверь и умереть. Если он вернется, мы поедем к морю. Будет лето, разгар лета. Между тем моментом, когда я открываю ему дверь, и тем, когда мы окажемся у моря, меня нет, я мертва. В той как бы посмертной жизни я вижу зеленое море, бледно—оранжевый пляж, песок. В моей голове гуляет солоноватый ветерок, от которого путаются мысли. Я не знаю, где он в тот момент, когда я вижу море, но знаю, что он жив. Что он тоже дышит где—то на земле. Я могу, значит, лежать на пляже и отдыхать. Когда он вернется, мы поедем к морю, к теплому морю. Это будет для него самым большим удовольствием, и к тому же это очень полезно. Он приедет, пойдет на пляж, он будет там стоять и смотреть на море. А мне хватит и того, что я буду смотреть на него. Я ничего не прошу для себя. Прижаться головой к оконному стеклу. Кажется, я в самом деле плачу. Одна из шестисот тысяч, которые плачут. Человек у моря — это он. В Германии ночи были холодные. Здесь, на пляже, он стоит в одной рубашке и разговаривает с Д. Они поглощены разговором. А я буду мертва. Как только он вернется, я умру, иначе просто не может быть. Это моя тайна. Д. ничего не знает. Я это выбрала — ждать так, как я его жду, насмерть. Это мое дело. Я возвращаюсь к дивану, ложусь. Д. звонит в дверь, я открываю: "Ничего?" — "Ничего". Он садится в гостиной рядом с диваном. Я говорю: "Думаю, надеяться почти не на что". У Д. раздраженный вид, он не отвечает. Я продолжаю: "Завтра уже двадцать второе апреля, двадцать процентов лагерей освобождено. Я видела в Центре Сореля, он сказал, что только один заключенный из пятидесяти вернется". У Д. нет сил отвечать, но я продолжаю. В дверь звонят. Это М., шурин Робера Л.: "Ну что?" — "Ничего." Он качает головой, задумывается, потом говорит: "Проблема в связи, они не могут написать. Говорят, в Германии больше нет регулярной почты". Я говорю: "Но я точно знаю, что люди получают вести из Бухенвальда". Я напоминаю, что эшелон от 27 августа, в котором увезли Робера Л., прибыл в Бухенвальд. "Откуда вы знаете, что в начале года его не перевели в другой л
Координаты: 1715 год; 0.33 кубика адреналина.
Индекс удобочитаемости Флеша — 73, для 13 лет (7-й класс).
Похожие книги