20 k

1923-01-01
upd 2014-12-29

Читать главу

 Часть вторая

Писатель: Волконский Сергей Михайлович

Входит в цикл: “Мои воспоминания”

Глава в томе: Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия

Случайный абзац

Странствия Содержание: ГЛАВА 1. Италия — Альпы — Итальянские города — Флоренция — Итальянская вилла — Карло Плачи ГЛАВА 2. От Испании до Флоренции — Портреты ушедших людей ГЛАВА 3. Памяти герцогини Тэк — Коронованные встречи ГЛАВА 4. Старый медальон ГЛАВА 5. Америка ГЛАВА 6. Конгресс религий в Чикаго ГЛАВА 7. Острова ГЛАВА 8. Рим Странствия! Чувствуете ли, как в этом слове есть что-то внутренне необходимое? Это не выдумка человека, это в природе вещей. "Охота к перемене мест" не "весьма мучительное свойство". Это весьма естественное свойство. Перенесение своего "я", распространение своей пространственности — все живое к этому стремится. Животные завидуют птицам, а растения завидуют животным. Пригвожденное к земле, растение из единого стебля развивается в ветви, в листья, в цветы. Не будучи в состоянии сдвинуться сам, цветок ждет посещения крылатого насекомого и, в то время как оно язвит его сердцевину и выпивает его сок, обсыпает его своею пылью, чтобы несло ее к другому цветку. Цветок умирает на том месте, где родился, но, умирая, теряя цвет и запах, из свежести цветения переходя в сухое семя, он раскрывает свою семенницу, дает ветру рассыпать свое содержание, снабжает зернышко чешуйчатым крылом, опушает его пухом и отдает ветру, "чтоб ветер унес его вдаль...".

Координаты: 2100 год; 0.18 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 51, для 10-х, 12-х классов.

41 k

1923-01-01
upd 2014-12-29

Читать главу

 Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия | Глава 2

Писатель: Волконский Сергей Михайлович

Входит в цикл: “Мои воспоминания”

Глава в томе: Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия

Случайный абзац

Такой атмосферой обдавало меня, когда заходил к ним даже между двух поездов. Это было особенно, непохоже... Помню, однажды мы с моим приятелем говорили об этой особенности и непохожести их дома. "Тебе бы следовало когда-нибудь описать наш дом", — сказал он. И вот через двадцать лет пришлось мне исполнить его поручение... Хочу здесь отметить одно мимоходное впечатление, испытанное прошлой зимой, то есть зимой 1920 года, в Москве. Я был в одной из школ, где преподавал выразительное чтение и мимику, когда явилась делегация итальянских социалистов, пребывавшая в стенах советской столицы в целях изучения условий жизни советского рая. Что такое условия, в которых протекают уроки в наших советских заведениях, это знают только те, кто в них учил и учился, вернее сказать: пытался учить и пытался учиться. Завернутые в шубы, мы сидели, смотрели на урок ритмики по системе Далькроза. В числе делегатов был некто Каффи, сын бывшего костюмера императорских театров, воспитывавшийся в России и потому хорошо имевший возможность сравнить то, что он видел, с тем, что он помнил... Но не к этому веду речь сейчас. Я объяснял ему смысл проходивших перед ним упражнений, когда он вдруг сказал: "Я знаю, я читал, у нас об этом писал некто Карло Плачи". После всего написанного в предшествующих строках вы легко поймете впечатление, произведенное на меня этим именем в эту минуту. Среди безотрадной пошлости, среди оскорбительной жестокости всего того, что нас здесь окружает, среди удручающих потемок, при полной оторванности от внешнего мира и мирового движения — это имя в устах приезжего итальянца было для меня зеленой ветвью в клюве голубя, прилетевшего в ковчег: значит, там есть еще жизнь, там продолжается. И Италия есть, и Флоренция продолжается. Увижу ли?.. Когда?..

Координаты: 1517 год; 0.17 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 53, для 10-х, 12-х классов. Диалогов: 17%.

41 k

1923-01-01
upd 2014-12-29

Читать главу

 Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия | Глава 3

Писатель: Волконский Сергей Михайлович

Входит в цикл: “Мои воспоминания”

Глава в томе: Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия

Случайный абзац

Что это за дивная дорога! Мы огибали Фирвальдштетерское озеро, с которым поезд никак расстаться не хочет, — то уходит в горы, то опять возвращается к его сине-зеленой глади; только каждый раз эта гладь все ниже под нами, а поезд все выше поднимается, и видно, там, внизу, смотрится в зеленую воду "камень Шиллера", а там, с двумя своими арками, часовня Вильгельма Телля... Поезд поднимается кругами, вьется, как ласточка, все выше, выше. Вон внизу виднеется мост, через который мы проезжали десять минут тому назад, а вон над нами мост, на который мы въедем через десять минут. И мы въезжаем, и дальше, все выше, а под нами все ниже опускаются раскинутые в горах и по долинам селения, города — целая географическая карта расстилается у ног наших. А милая белая церковь местечка Флюлен; как приветливо она встает среди зеленой долины, окруженной горами, сама на пригорке; три раза ее огибаем с разных сторон и на разных высотах, а она, приветливая, смотрит и дразнит...

Координаты: 1176 год; 0.27 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 55, для 10-х, 12-х классов. Диалогов: 29%.

42 k

1923-01-01
upd 2014-12-29

Читать главу

 ГЛАВА 4 Старый медальон

Писатель: Волконский Сергей Михайлович

Входит в цикл: “Мои воспоминания”

Глава в томе: Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия

Случайный абзац

Тот слабый луч надежды, который после смерти последнего добрая половина легитимистов перенесла на родоначальника плодовитого Орлеанского дома, для графа Аженора угас навсегда. Тот факт, что права Бурбонов без всякой борьбы и самой судьбой были переданы их вековым соперникам, казался ему таким попранием всех основных начал мировой справедливости, что он усумнился в Божестве. "Может ли Бог существовать, когда он это допустил? Если Бог есть, то он должен быть легитимистом, он не может не быть первым из легитимистов". Так рассуждал старый граф; и когда телеграммы из Фрошдорфа принесли роковую весть, он увидел в последних словах умирающего Генриха V, спрашивавшего: "Где мои Орлеаны?" — бред больного, впавшего в младенчество. Ожидал ли он до последней минуты, что у графа Шамбора все-таки, может быть, еще родится сын, — неизвестно, но только когда крыло смерти унесло последнего представителя французских Бурбонов, граф Кастель дю Пик усмотрел в этом измену Провидения; ну а он мог простить все, кроме измены.

Координаты: 1270 год; 0.18 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 51, для 10-х, 12-х классов. Диалогов: 50%.

42 k

1923-01-01
upd 2014-12-29

Читать главу

 Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия | Глава 5

Писатель: Волконский Сергей Михайлович

Входит в цикл: “Мои воспоминания”

Глава в томе: Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия

Случайный абзац

— Вы хотели меня видеть, сестра? — Нет, Марта, ты, кажется, хотела меня видеть. — Марта всегда говорила Аделаиде "сестра" и "вы"; Аделаида же никогда не могла принудить себя к тому же и попросту называла ее "Марта" и была на "ты". "А не правда ли, как в одном этом уже видна разница их взгляда на вещи?" — обыкновенно говаривал старый их друг доктор, специалист по психологическим наблюдениям. Графиня Марта искала, как начать, когда Аделаида подняла глаза и с какой-то, как ей показалось, настойчивостью переспросила:

Координаты: 1031 год; 0.15 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 56, для 10-х, 12-х классов. Диалогов: 49%.

43 k

1923-01-01
upd 2014-12-29

Читать главу

 ГЛАВА 5 Америка

Писатель: Волконский Сергей Михайлович

Входит в цикл: “Мои воспоминания”

Глава в томе: Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия

Случайный абзац

В Америке, то есть в некоторых американских домах, роскошь подавляет не тем, что она есть, а тем, что она так обладателем подчеркивается. Имеешь иногда впечатление, что на всех вещах значится оценка их; она как будто никогда не забывается. Право, иногда кажется, что с тарелок, на которых вы едите, только сейчас смыто обозначение цены. Помню рассказ А.И. Нелидова, нашего посла (в Константинополе, в Риме, в Париже). Он однажды обедал у одной богатейшей американки. Стол утопал в роскоши. В особенности поразила его посуда; к каждому блюду новый сервиз; наконец, к десерту подают такое великолепие, что он, любитель и знаток, перевернул тарелку, чтобы посмотреть метку фабрики. Увидав, что это один из редчайших севров, он поздравил хозяйку с ее удивительным сервизом. Она только махнула рукой:

Координаты: 1507 год; 0.21 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 53, для 10-х, 12-х классов. Диалогов: 27%.

43 k

1923-01-01
upd 2014-12-29

Читать главу

 ГЛАВА 6

Писатель: Волконский Сергей Михайлович

Входит в цикл: “Мои воспоминания”

Глава в томе: Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия

Случайный абзац

— А разве американцы нигилисты? — Нет, но американцы проповедуют братство и справедливость. — Да, но они не прибегают к бомбам. Отчего же вы меня хотите записать в число динамитчиков? О, русская загадка за границей! Какая мучительная и как трудно разрешимая. Ведь вот если бы я американцам какие-нибудь самые невероятные небылицы рассказывал про Россию, поверили бы, а потому, что я говорил самое обыкновенное, это со стороны русского показалось необыкновенным. О какой хотите стране, самой дальней, на другом полушарии, о самой экзотической, о Таити, о Фиджи, понятия будут с большим приближением к истине, чем понятия о Европейской России. Конечно, много в этом повинна и сама Россия. Когда однажды на каком-то официальном банкете мой сосед, какой-то деятель по части воспитания, с которым мы довольно долго говорили, вдруг спросил меня: "И вы типичный русский?" — что мог я сказать? Я сказал: "Да, таких, которые думают, как я, много". Не мог же я ему рассказывать, что у нас не все обскуранты, черносотенцы (тогда, впрочем, слово еще не существовало, да и как бы его перевести на английский?). Но ничто меня так не огорчало, как удивление иностранцев.

Координаты: 1236 год; 0.22 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 40, для студентов. Диалогов: 24%.

43 k

1923-01-01
upd 2014-12-29

Читать главу

 ГЛАВА 7 Острова

Писатель: Волконский Сергей Михайлович

Входит в цикл: “Мои воспоминания”

Глава в томе: Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия

Случайный абзац

Однако следует ли все эти знаки удивления принимать как характерные признаки только американского народа? Не то ли самое чувство говорит в тех немцах, которые утверждают, что лишь по ошибке Провидения колыбель Шекспира стоит не на Рейне. Не то же ли самое чувство водило рукой знаменитого французского ученого, который начинает научный трактат словами: "Химия — французская наука"? Не то ли самое чувство, не та ли самая слепая вера в абсолютную правду, если можно так выразиться, в "единственность" своей национальной идеи воодушевляет тех наших соотечественников, которые в стремлении пригибать вселенские истины к частным потребностям объясняют, что под плодородной почвой в притче о сеятеле надо разуметь землю русскую?* Не это ли чувство проникло в сознание и заразило самую мыслительную способность тех писателей, которые в наши дни говорят о национальном христианстве и не видят внутреннего противоречия подобного сочетания слов, не понимают, что сказать "национально-христианский" — это все равно что сказать "временно-вечный" или "местно-всемирный".

Координаты: 1616 год; 0.24 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 29, для магистров. Диалогов: 5%.

43 k

1923-01-01
upd 2014-12-29

Читать главу

 Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия | Глава 9

Писатель: Волконский Сергей Михайлович

Входит в цикл: “Мои воспоминания”

Глава в томе: Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия

Случайный абзац

В Сингапуре перед самым отплытием, в то время как разговаривал с англичанкой, писавшей путевые заметки, увидел поднимавшуюся по мостику высокую, белыми покрывалами укутанную фигуру; из этого белого смотрело темное лицо, обрамленное черными волосами, и улыбались мне глаза нашего знакомого по чикагскому конгрессу Дгармапала. — Откуда? — спрашиваю. — Из Японии. — Куда? — В Коломбо. — Зачем в Японии были? — По нашим буддийским делам. — А сейчас? — Еду с японской депутацией. Японские буддисты посылают в дар цейлонским древнюю-древнюю статую Будды. Хотите, когда приедем, посмотреть на церемонию? Я вам скажу и день и час.

Координаты: 903 год; 0.17 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 51, для 10-х, 12-х классов. Диалогов: 19%.

44 k

1923-01-01
upd 2014-12-29

Читать главу

 ГЛАВА 8 Рим

Писатель: Волконский Сергей Михайлович

Входит в цикл: “Мои воспоминания”

Глава в томе: Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия

Случайный абзац

Венеция проснулась, звенит говором людским, и плеском весел, и звоном башенных часов, и топотом шагов. Да, шагов: в Венеции не только в лодке катаются, в Венеции можно много ходить. И как прелестны эти маленькие улочки, суетливые, хлопотливые. Как люблю эти лавчонки: фрукты, золотые вещи, овощи, гнутое железо. Как красиво колыханье этих женских венецианских шалей, черных, но смягченных морским соленым воздухом. Звонко-говорливо в венецианских улицах; там нет колес, нет другого шума, кроме людского; ни лошади, ни автомобиля; там на улице — как в комнате. Ни в одном городе так не слышен говор людской. Люблю эти маленькие улочки — хлопотливые, говорливые, люблю эти красные, кипучие артерии живой Венеции. Но во сколько больше люблю зеленые вены, сонные каналы дремлющей Венеции! Скользит гондола меж мраморных стен; ни говора, ни хлопотни; плеск весла, невидимый окрик гондольера из-за угла; встреча, легкое столкновение бортов и опять сонное колыханье... Вдруг новый окрик, и из-за угла, в разрыв двух дворцов, выплывает молчаливая громада овощами нагруженной барки...

Координаты: 1032 год; 0.3 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 50, для 10-х, 12-х классов. Диалогов: 1%.

30 k

1923-01-01
upd 2014-12-29

Читать главу

 Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия | Глава 11

Писатель: Волконский Сергей Михайлович

Входит в цикл: “Мои воспоминания”

Глава в томе: Мои воспоминания. Часть вторая. Странствия

Случайный абзац

В высокой галерее Портретов длинный ряд. Как хорошо у них звучала музыка. В год, когда была художественная выставка в Риме, Виктор Барятинский пригласил к себе московских синодальных певчих, певших тогда в больших концертах Римской филармонии. Они имели тогда огромный успех; я не помню ни в одном другом концерте, чтобы от конца одного номера до начала другого не смолкали рукоплескания. У Барятинских в большой галерее это было еще красивее и, конечно, приятнее, чем в концертном зале. К ним же привел я, чтобы порадовать больную княгиню, наш квартет Чупрынникова, Сафонова и Кедровых, которых я в тот год выписал, пригласив петь у меня в квартире. Лишенная радостей, много лет не бывшая в России, как она наслаждалась... Но и больная, она помогала другим. Во время войны она в Швейцарии занималась русскими пленными и беженцами; и не раз в деревне я получал от нее поручения сообщить родственникам такого-то, там-то, что он жив и находится там-то.

Координаты: 1748 год; 0.31 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 54, для 10-х, 12-х классов. Диалогов: 2%.