22 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 ПРЕДИСЛОВИЕ К ИЗДАНИЮ 1924г.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

В данном предисловии я наметил мысли, из которых возникло содержание этой книги, мысли, лежащие в ее основе. К созданному ранее мне хотелось бы добавить нечто, связанное с одним вопросом, который более или менее сознательно живет в душе того, кто принимается за книгу "Загадки философии". Это вопрос об отношении философского рассмотрения к непосредственной жизни. Всякая философская мысль, не востребованная самой жизнью, осуждена на бесплодность, даже если она на некоторое время и привлекала внимание того или иного человека, склонного к размышлению. Плодотворная мысль должна корениться в процессах развития, через которые проходит человечество в течение своего исторического становления. И кто стремится представить с какой-либо точки зрения историю философских мыслей, может придерживаться только таких, востребованных жизнью мыслей. Это должны быть мысли, которые, будучи переведены в строй жизни, так пронизывают человека, что он находит в них силы, направляющие его познания и могущие явиться для него советчиками и помощниками при выполнении задач, поставленных перед ним его бытием. Философские воззрения потому и возникли, что человечество нуждается в подобных мыслях. Если бы жизнью можно было управлять без подобных мыслей, у человека никогда не было бы истинного внутреннего основания мыслить о "Загадках философии". Эпоха, игнорирующая подобное мышление, показывает тем самым, что она не ощущает потребности построить человеческую жизнь таким образом, чтобы она действительно во всех направлениях проявлялась в соответствии со своими задачами. Но ход человеческого развития мстит за такое игнорирование. Жизнь в такие периоды приходит в упадок. Но люди не замечают этого упадка, ибо не желают знать о тех потребностях, которые, не будучи удовлетворенными, остаются, тем не менее, в глубинах человеческого существа. Это упущение выявляет последующая эпоха. В формах пришедшей в упадок жизни внуки находят то, что было порождено упущением дедов. Эти упущения предшествующей эпохи проявляются как несовершенства последующей жизни, в которую оказываются поставленными внуки. Философия должна господствовать во всей жизни в ее целом: можно грешить против этого требования, но такой грех должен иметь свои последствия.

Координаты: 2000 год; 0.28 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 25, для магистров.

20 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 апрель 1914г.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

Эволюция мыслительной жизни поступательно двигалось через четыре эпохи. В первую мысль действует как восприятие извне. Она делает познающую душу человека самостоятельной. Во вторую эпоху мысль исчерпывает свою силу в этом направлении. Душа крепнет в самостоятельном переживании своего собственного бытия; мысль живет в подосновах и сливается с самопознанием. Она уже не может рассматриваться как внешнее восприятие. Душа учится чувствовать мысль как свое собственное творение. Она должна придти к вопросу: что общего у этого внутреннего творения души с внешним миром? В свете этого вопроса протекает третья эпоха. Философы развивают такую познавательную жизнь, которая проверяет мысль относительно ее внутренней силы. Философские силы этой эпохи проявляются как вживание в элемент мысли, как сила способствующая проработке мысли в ее собственном существе. В течение этой эпохи философская жизнь усиливает способность пользоваться мыслью. В начале четвертой эпохи познающее самосознание, исходя из своего обладания мыслью, стремится построить философскую картину мира. Ей противостоит образ природы, который ничего не хочет принимать из этого самосознания. И самосознающая душа стоит перед этим образом природы с ощущением: как мне обрести такую картину мира, в которой внутренний мир с его истинной сущностью и природа были надежно связаны между собой? Импульс, происходящий из этого вопроса управляет философским развитием с начала четвертой эпохи, и философы в большей или меньшей степени сознают это. Он является руководящим импульсом философской жизни современности. В этой книге будут охарактеризованы отдельные факты, раскрывающие господство этого импульса. В первом томе книги будет описано философское развитие до середины девятнадцатого столетия; во втором томе это развитие будет прослежено до настоящего времени. В заключении будет показано, как происходившее до сих пор философское развитие указывает душе на перспективу становления познавательной жизни человека, благодаря которой душа в своем самосознании может раскрыть такую картину мира, в котором её собственная истинная сущность может быть представлена наряду с образом природы, привнесённым новым развитием.

Координаты: 686 год; 0.4 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 26, для магистров.

32 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 является то, что он ощущает человека как одушевленное существо иначе, нежели ощущали до него.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

Наиболее значительным у него является то, что он ощущает человека как одушевленное существо иначе, нежели ощущали до него. Для более ранней картины мира выражение "душа" ещё не имело того смысла, который оно получило в боле поздних мировоззрениях. Но и у Ферекида идея души присутствует не в том виде, как у следующих за ним мыслителей. Душевное в человеке он, прежде всего, ощущает, тогда как позднейшие (мыслители) со всей очевидностью говорят о нем и характеризуют его посредством мыслей. Люди прежних времен еще не отделяли собственное человеческое душевное переживание от жизни природы. Они еще не ставили себя рядом с природой в качестве самостоятельного существа; они себя переживали в природе, подобно тому, как переживали они в ней гром и молнию, движение облаков, ход светил, рост растений. То, что движет рукой в нашем теле, что ставит ногу на землю, давая возможность шагать, принадлежит, по мнению доисторического человека к той же самой области мировых сил, которые вызывают молнию, движение облаков и все внешние свершения. Ощущения такого человека можно выразить так: нечто вызывает молнию, гром, дождь, движет моей рукой, позволяет моей ноге шагать вперед, движет во мне воздух при дыхании, поворачивает мою голову. - Сообщая подобные сведения, приходится пользоваться такими словами, которые на первый взгляд могут показаться преувеличением. И всё же лишь благодаря словам, звучащим как преувеличение, можно вполне ощутить истинность факта. Человек, представляющий мир так, как это имеется в виду здесь, чувствует в падающем на землю дожде ту силу, которую в современном смысле следовало бы назвать "духовной"; она однородна с той силой, которую он ощущает, приступая к тому или иному личному действию. Интересно, что представления такого рода можно обнаружить у Гёте в его ранние годы, разумеется, с теми нюансами, которыми должны были обладать такие представления у человека восемнадцатого столетия. В статье Гёте "Природа" читаем: "Она (природа) ввела меня сюда, она же выведет меня отсюда. Я доверяю себя ей. Пусть она распоряжается мною. Она не будет ненавидеть своё собственное творение. Не я говорю о ней. Нет, и то, что истинно, и то, что ложно, - все сказано ею. Все - её вина и все - её заслуга".

Координаты: 912 год; 0.34 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 33, для бакалавров.

20 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 чей расцвет приходится на 500 г до Р.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

В этих философах мыслительный элемент живет уже в такой высокой степени, что мировоззрение становится необходимым для них, а за истину они признают только то, что приносит полное удовлетворение мыслительной жизни. Как должны быть созданы первоосновы мира, чтобы они могли быть вполне восприняты в сферу мышления? - так спрашивают они. Ксенофан находит, что народные боги не могут устоять перед мышлением; поэтому он отвергает их. Его бог должен быть помыслен. То, что воспринимают чувства изменчиво, наделено качествами, не соответствующими мысли, которая должна искать пребывающее. Вот почему бог есть умопостигаемое, неизменное, вечное единство всех вещей. - Парменид видит во внешней, воспринимаемой чувствами природе неистинное, иллюзорное; истина лишь в умопостигаемом единстве и неизменности. Зенон пытается истолковать мыслительное переживание, указывая на противоречия, обнаруживаемые в тех мировоззрениях, которые видят истину в изменчивости вещей, в становлении, во множественности, проявляющихся во внешнем мире. Из противоречий, на которые он указывает, следует привести только одно. Он полагает, что самый быстрый бегун (Ахилл) не может догнать черепаху; ведь как бы медленно она не ползла, как только Ахилл достигает места, где она только что была, она уже находится немного дальше. Посредством таких противоречий Зенон указывает, как представление, опирающееся на внешний мир, не согласуется с самим собой; он указывает на затруднение, с которыми встречается мысль, пытаясь найти истину. Парменид и Зенон происходят из Элеи; значение этого, названного элейским мировоззрения, можно понять, приняв во вниманье то, что его представители настолько далеко продвинулись в формировании мыслительного переживания, что оформили его в особое искусство - в так называемую диалектику. В этом "мыслительном искусстве" душа научается чувствовать свою самостоятельность и внутреннюю обособленность. Тем самым реальность души ощущается как то, чем она является благодаря своему собственному существу, как то, чем она ощущает себя, не сливаясь больше - как в прежнее время - со всеобщим мировым переживанием, но развив в себе ту жизнь - мыслительное переживание, - которая коренится в ней самой. Посредством неё душа может чувствовать своё срастание с чисто духовной основой мира. Сначала это ощущение не выражается в ясно сформулированной мысли, но его можно живо почувствовать в ту эпоху, судя по даваемой оценке. В одном диалоге Платона Парм

Координаты: 441 год; 0.37 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 39, для бакалавров.

22 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 уважение и признание ценности того, что было дано человеческой душе посредством пробуждения мыслительной жизни.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

Платон рассматривает то, что живёт в душе и, как таковое, причастно духовному миру; для Аристотеля важно то, как душа в человеке отображает себя для его собственного познания. Как в другие вещи душа должна также погрузиться в самоё себя, чтобы найти в себе то, что составляет её сущность. Именно идея, которую - в соответствие с Аристотелем - человек находит в существующей вне души вещи, является сущностью этой вещи; но душа претворила эту сущность в форму идеи, чтобы обладать ею для себя. Идея действительна, но не в познающей душе, а во внешней вещи, совместно с веществом (Hyle). Но если душа погружается в самое себя, она находит идею как таковую в действительности. В этом смысле душа является идеей, но идеей активной, деятельным существом. И в жизни человека она ведёт себя также как такое деятельное существо. В эмбриональной жизни человека она охватывает телесное. В то время как в существующей вне души вещи идея и вещество составляют нераздельное единство, в случае человеческой души и её тела это происходит иначе. Тут самостоятельная человеческая душа охватывает телесное, аннулирует уже действующую в теле идею, и сама занимает её место. По Аристотелю, в телесности, с которой связывает себя человеческая душа, уже живет душевное. Ибо он полагает, что в теле растения, и в теле животного действует некое подчинённое душевное начало. Тело, несущее в себе душевное начало растения и животного, словно оплодотворяется человеческой душой; таким образом, для земного человека телесно-душевное соединяется с духовно-душевным. Это последнее упраздняет самостоятельную деятельность телесно-душевного в течение человеческой земной жизни и само использует телесно-душевное, в качестве своего инструмента. Вследствие этого возникает пять разновидностей души, которые у Аристотеля проявляются как пять душевных членов: душа растительная (Threptikon), душа ощущающая (Esthetikon), душа, развивающая вожделения (Orektikon), душа, развивающая волю (Kinetikon), и духовная душа (Dianoetikon). Духовной душой человека делает то, что принадлежит духовному миру и связывает себя с телесно-душевным в эмбриональной жизни: другие душевные члены возникают благодаря тому, что духовная душа раскрывается в телесном и, посредством него, ведет земную жизнь. Взгляд Аристотеля на духовную душу раскрывает и его взгляд на духовный мир вообще. - Образ мира по Аристотелю предстает перед наблюдающим взором так: внизу живут вещи и процессы, являя вещество и идею; чем выше поднимается взор, тем больше исч

Координаты: 1478 год; 0.43 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 38, для бакалавров.

24 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 период, следующий за расцветом греческого мировоззрения, это последнее погружается в религиозную жизнь своего времени.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

МИРОВОЗЗРЕНИЯ В СРЕДНИЕ ВЕКА Новый элемент, порожденный из самой мыслительной жизни, обнаруживается у Августина (354-430гг. по Р.Х.); этот элемент незаметно струится дальше под покровом религиозных представлений, и лишь в позднем средневековье выступает явно. Это новшество является у Августина как ретро воспоминание присущее греческой мыслительной жизни. Глядя вокруг себя и в себя, он говорит себе: пусть всё, что обычно открывает мир обманчиво и непознаваемо - зато в одном нельзя сомневаться: в достоверности непосредственного душевного переживания. Оно не сообщается мне посредством восприятия, которое может меня обмануть; я сам нахожусь внутри этого душевного переживания; оно есть, ибо я оказываюсь в том, чем обусловлено его бытие.

Координаты: -312 год; 0.37 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 36, для бакалавров.

20 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 расцвета естествознания нового времени лежат те же самые искания, что и в мистике Я.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

РАЗВИТИЯ МЫСЛИ В основе расцвета естествознания нового времени лежат те же самые искания, что и в мистике Я.Бёме. Они обнаруживают себя на примере одного мыслителя, непосредственно вырастающего из того духовного потока, который благодаря Копернику (1473-1543гг.), Кеплеру (1571-1630гг.), Галилею (1564-1642гг.) и другим привел к первым великим естественнонаучным достижениям нового времени. Имеется в виду Джордано Бруно (1548-1600гг.). Рассматривая, как он представляет мир состоящим из бесконечного числа малых, живых и душевно переживающих себя первичных существ - монад, не возникших и непреходящих, результатом взаимодействия которых становятся явления природы, можно было бы попытаться сопоставить Джордано Бруно, с Анаксагором, который считал, что мир состоит из гомойомерий. И все же между обоими есть значительное различие. Мысль о гомойомериях раскрывается Анаксагору, когда он при наблюдении отдается миру; мир внушает ему эту мысль. Джордано Бруно чувствует: то, что лежит за явлениями природы, должно быть помыслено в качестве картины мира, причём так, чтобы в этой картине мира нашлось место для существа "я". Это "я" должно быть некой монадой, иначе оно не могло бы существовать. Так становится необходимым принятие монад. И поскольку быть действительными, существовать, могут только монады, то истинно действительные существа - суть монады с разными внутренними свойствами. В глубине души такой индивидуальности как Джордано Бруно происходит нечто такое, что он не полностью осознаёт; под действием этого внутреннего процесса формируется картина мира. Происходящее в глубинах есть бессознательный душевный процесс: "я" чувствует, что оно должно представлять самое себя так, чтобы гарантировать себе реальность; тогда как мир "я" должно представлять себе таким, чтобы оно могло реально существовать в этом мире. Джордано Бруно должен был создать представление монады, чтобы стало возможным и то, и другое. В мировоззренческой жизни нового времени в Джордано Бруно "я" ведёт борьбу за свое бытие в мире. Выражением этой борьбы служит тезис: я есть монада; она не возникает и не кончается.

Координаты: -259 год; 0.24 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 30, для магистров.

37 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 человеческое "я", так и Спиноза требует, чтобы мировоззрение исходило из таких свободно созданных представлений.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

Как в новое время живет этот импульс в душах, можно показать на примере одной значительной фигуры в истории мировоззрений, на примере Шефтсбери (1671-1713). Для него в душе живет "внутренний чувство"; посредством его идеи, становящиеся содержанием мировоззрения, проникают в человека, подобно тому как, посредством внешних чувств, проникают внешние восприятия. Итак, оправдания мысли Шефтсбери ищет не в самой мысли, а указывая на душевный факт, обеспечивающий мысли из мировой основы доступ в душу. Таким образом, для него человеку противостоит двоякий внешний мир: "внешний" материальный внешний мир, который получает доступ в душу благодаря внешним чувствам, и духовный внешний мир, который открывается душе посредством "внутреннего чувства".

Координаты: 1619 год; 0.41 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 36, для бакалавров.

20 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 он обращается к Канту и Гёте.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

В две духовных инстанции обращает взор в конце восемнадцатого века тот, кто ищет ясности в великих вопросах, касающихся мировоззрений и жизненных принципов: он обращается к Канту и Гёте. Одним из тех, кто наиболее мощно вел борьбу за эту ясность, является Иоганн Готтлиб Фихте. Когда он познакомился с "Критикой практического разума" Канта, он написал: "Я живу в новом мире...Вещи, о которых я думал, что они никогда не могут быть мне доказаны, например понятие абсолютной свободы, долга и так далее доказаны мне, и я испытываю от этого только радость. Непостижимо, какое уважение к человечеству, какую силу дает нам эта система!...Каким благом является она для эпохи, в которой мораль разрушена до основания, а понятие долга вычеркнуто из всех словарей". Когда в своей книге "Основы наукоучения" он, базируясь на теории Канта, построил свою собственную теорию, он послал книгу к Гёте со словами: "Я считаю, и всегда буду считать Вас представителем чистейшей духовности чувства на достигнутой в современности ступени гуманности. К Вам по праву обращается философия. Ваше чувство является для неё пробным камнем". Сходную позицию по отношению к обоим мыслителям занимал Шиллер. 28 октября 1794г. он писал о Канте: "Меня совсем не пугает мысль о том, что закон перемен, который не щадит ни человеческих, ни божественных творений, как и всякую другую разрушит форму этой (кантовой) философии; но основа её не должна страшиться этой судьбы, ибо пока существует человеческий род и разум, её будут признавать и действовать сообразно с ней". Воззрения Гёте Шиллер описывает в письме к нему от 23 августа 1794г.: "Уже давно, хотя и издали, наблюдая проявления Вашего духа и тот путь, который Вы себе наметили, я все снова и снова испытываю восхищение. Вы ищите необходимого в природе, но ищете его на самом трудном пути, остерегаться которого будет более слабый. Вы берете всю природу в целом, чтобы пролить свет на частное; во всеобщности форм ее проявлений Вы ищите основание для объяснения индивидуума...Если бы Вы родились греком, или, хотя бы итальянцем, если бы уже с колыбели Вас окружала изысканная природа и идеализированное искусство, Ваш путь был бы бесконечно короче, может быть он стал бы даже совсем излишним. При первом взгляде на вещи Вы восприняли бы форму необходимого, и с первыми опытами у Вас развился бы изрядный стиль. Но так как Вы родились немцем, так как Ваш греческий дух был заброшен в эту северную часть сотворённого мира, Вам не осталось иного

Координаты: 1933 год; 0.33 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 29, для магистров.

19 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 Не было бы никакой достоверности, если бы мы все наши познания добывали из вещей.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

Тем самым Кант даёт не только объяснение, но и оправдание искусства. Мы увидим это лучше всего, представив себе, каким чувством сопровождает Кант своё мировоззрение. Он выразил его в глубоких, прекрасных словах: "Две вещи наполняют душу новым, всё возрастающим восхищением и благоговением...: звёздное небо надо мной и моральный закон во мне... Первая - взгляд на бесчисленное множество миров, что как бы уничтожает важность меня, как некоего животного существа, которое должно вернуть обратно ту материю, из которой оно сформировалось, вернуть планете (всего лишь точке во Вселенной), после того как на короткое время оно было наделено (мы не знаем как) жизненной силой. Вторая, напортив, бесконечно возвышает мою ценность как мыслящего существа, благодаря моей (самосознающей и свободной) индивидуальности, в которой моральный закон раскрывает мне, ни от животности, ни даже от всего чувственного мира независимую жизнь; независимую, по крайней мере, настолько, насколько она может почерпнуть из целесообразного назначения моего бытия, определяемого этим законом, назначения, которое не ограничивается условиями и пределами этой жизни, но уходит в бесконечность". Деятель искусства взращивает в чувственном мире именно это целесообразное назначение, которое в действительности господствует лишь в нравственном царстве мира. Благодаря этому произведение искусства стоит между областью наблюдаемого мира, в котором правят вечные, железные законы необходимости, которые человеческий дух сам вложил сначала в этот мир, и царством свободной нравственности, в котором цель и направление задают приказы долга, являющиеся излиянием мудрого божественного миропорядка.

Координаты: 1745 год; 0.37 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 37, для бакалавров.

21 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 Противоположность мировоззрению Канта относительно всех существенных вопросов представляет собой мировоззрение Гёте.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

ни ядра, всё лишь она: себя проверь-ка точно, ядро ты или оболочка? По смыслу своего мировоззрения Гёте также не мог признать различие между неорганической и органической природой, которое установил Кант в своей работе "Критика силы суждения". Стремление Гёте простиралось дальше: объяснить живые организмы на основе тех же законов, которыми объясняют неживую природу. Задающий тон ботаник того времен Линней, говоря о различных видах в мире растений, утверждал, что видов столько, "сколько создано принципиально различных форм". Имеющий такое мнение, может посвятить себя лишь изучению свойств отдельных форм, тщательному различению их друг от друга. Гёте мог заявлять о своем несогласии с таким рассмотрением природы. "То, что он (Линней) пытается насильно разделить, следовало бы, исходя из самых внутренних глубин моего существа, привести к единству". Вот почему Гёте искал то, что является общим во всех растительных видах. Этот общий прообраз во всех растительных формах является ему всё яснее во время его путешествия в Италию: "Множество растений, которые мне в иных случаях приходилось видеть лишь в горшках и кадках, да еще большую часть года лишь за стёклами витрин, стоят здесь под отрытым небом радостные и свежие: выполняя своё предназначение столь совершенным образом, они становятся более понятными для нас. При виде такого множества новых, возобновляющихся форм мной овладела старая причуда: а не удастся ли мне среди такого множества обнаружить прарастение? Ведь должно же быть нечто такое; иначе, откуда мог бы я узнать, что то, или иное образование является растением, если бы не все они были сформированы по одному образцу? В другой раз он высказывается об этом прарстении следующим образом: оно "будет удивительнейшим из всех творений мира, из-за которого сама природа будет завидовать мне. Благодаря этой модели и ключу к ней можно было бы изобретать бесчисленные растения, которые должны быть консеквентны, то есть, те, которые еще не существуют, но могли бы существовать, причем не в виде художественной или поэтической тени или видимости, но, будучи наделены внутренней правдой и необходимостью". Подобно Канту, восклицавшему в своей "Естественной истории и теории неба": "Дайте мне материю, и я из неё построю вам мир", так как он постиг закономерные связи этого мира, Гёте говорил по этому поводу: с помощью прарастения можно изобрести бесконечное множество способных к с

Координаты: 1259 год; 0.22 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 35, для бакалавров.

23 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 Другие тоже усматривали в круге кантовских мыслей нечто неудовлетворительное.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

Другие тоже усматривали в круге кантовских мыслей нечто неудовлетворительное. Лихтенберг, один из талантливейших и в то же время независимых умов второй половины восемнадцатого столетия, ценивший Канта, не мог, тем не менее, воздержаться от серьёзного упрёка по отношению к его мировоззрению. С одной стороны он спрашивает: "Что значит мыслить в духе Канта? Я полагаю, это означает установить отношение нашего существа, чем бы оно ни было, к тем вещам, которые мы называем внешними для нас; то есть определить отношение субъективного к объективному. Это всегда было целью всех серьёзных исследователей природы, вопрос только в том, удавалось ли им, как господину Канту, занимать при этом подлинно философскую позицию? То, что является и должно являться субъективным, всё же принимали за объективное". Но с другой стороны Лихтенберг замечает: "Стоит ли считать окончательно решённым, что наш разум совсем ничего не может знать о сверхчувственном? Разве не должен человек иметь возможность ткать свои идеи о Боге столь же целесообразно, как ткёт паук свою паутину для ловли мух? Или, иными словами: разве нет таких существ, которых мы благодаря нашим идеям о Боге и бессмертии удивляем точно так же, как удивляемся мы пауку и шелковичному червю?" Но можно было бы сделать еще одно, гораздо более весомое возражение. Если правильно, что законы человеческого разума имеют отношение только к внутреннему миру духа, то как приходим мы к тому, чтобы вообще как то говорить о внешних вещах? - Ведь мы должны были бы полностью замкнуть себя, так сказать "окуклиться" в нашем внутреннем мире. Такое возражение приводил Готтлиб Эрнст Шульце в своем труде "Aenesidemus", анонимно появившимся в 1790г. В нём он указывает, что все наши познания были бы только представлениями и мы никоим образом не могли бы выйти за пределы наших представлений. Тем самым, в сущности, опровергались также моральные истины Канта. Ибо если нельзя даже помыслить о возможности выйти за рамки внутреннего мира, то никакой моральный голос тоже не может привести нас в мир, который невозможно себе помыслить. Так из взглядов Канта развилось новое сомнение во всех истинах; критицизм стал скептицизмом. Одним из последовательных представителей скептицизма является Соломон Маймон, который с 1790г. писал различные сочинения, находившиеся под влиянием Канта и Шульца, и в которых он со всей решительностью отстаивает взгляд, что вследствие организации наших познавательных спосо

Координаты: 1194 год; 0.3 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 43, для студентов.

30 k

2010-11-17

Читать главу
К книге Страница автора

 объявил познание чистым явлением, чтобы освободить себе дорогу для живого поступка, для морального деяния.

Писатель: Демидов Александр Алексеевич

Входит в цикл: “Очерк”

Глава в томе: Пст.18 Загадки философии том 1

Случайный абзац

Как Кант развенчал знание, чтобы освободить место для веры, так Фихте объявил познание чистым явлением, чтобы освободить себе дорогу для живого поступка, для морального деяния. Похожую попытку предпринял Шиллер. Только у него место, на которое у Канта претендовала вера, а у Фихте - поступок, заняла красота. Значение Шиллера для мировоззренческой эволюции обычно недооценивается. Как Гёте жаловался на то, что его недооценивают как естествоиспытателя, поскольку привыкли воспринимать его как поэта, так и те, кто углубляется в философские идеи Шиллера, сожалеют о том, что исследователи истории мировоззрений не могут оценить его по достоинству, так как считают полем его деятельности царство поэзии.

Координаты: 1629 год; 0.25 кубика адреналина. Индекс удобочитаемости Флеша — 30, для бакалавров.

Дальше