Писатель: Веселовский Алексей Николаевич
Входит в цикл: “История литературы”
Глава в томе: Байрон
Случайный абзац
Thoughts hid, but not less cherish'd than of old.
Признаніе въ томъ, что даже въ безумно прожитую лондонскую эпоху свѣтлыя мысли и стремленія молодости были только скрыты, но вызывали въ поэтѣ неизмѣнное сочувствіе, очень цѣнно. Оно подтверждаетъ наблюденіе, выведенное уже нами изъ новыхъ писемъ и дневниковъ; вмѣстѣ съ тѣмъ, мы слышимъ отъ самого Байрона, что и онъ сознавалъ въ себѣ, анализировалъ, наблюдалъ раздвоеніе своей личности.
Прежній, не измѣнившійся Байронъ — весь въ такихъ стро "фахъ, какъ тризна но Ватерлоо,— какъ чествованіе Марсо, храбрѣйшаго и благороднѣйшаго изъ генераловъ первой республики, похороненнаго близъ Кобленца,— какъ хвала патріотизму швейцарцевъ, вызванная посѣщеніемъ поля битвы при Муртенѣ (Morat), гдѣ нѣкогда вооруженные крестьяне избавили свою страну отъ Карла Смѣлаго,— какъ рѣзкое осужденіе всеобщей европейской реакціи,— какъ признаніе великихъ заслугъ Руссо и Вольтера, и параллельная характеристика геніальнаго меланхолика, "апостола печали", измученнаго фиктивными страхами, но вдохновеннаго друга народа, и смѣлаго обличителя, "гиганта мысли",— какъ предсказаніе успѣха идеямъ ихъ ученицы — революціи, которая восторжествуетъ, несмотря на ея неудачи и тяжкія ошибки. Суровый (при всемъ сочувствіи критика къ поэту) приговоръ одного изъ лучшихъ комментаторовъ "Чайльдъ-Гарольда", Джемса Дарместетера {"Childe Harold's Pilgrimage," édition classique par James Darmesteter, Paris, 1882, p. 122.}, утверждавшаго, что въ третьей главѣ "лишь самъ Байронъ, и его эгоистическая печаль занимаютъ весь фонъ поэмы, придавая ей тѣмъ больше поэтической правды и силы", опровергается обиліемъ участливыхъ, гуманныхъ и политически смѣлыхъ изліяній.
Координаты: 866 год; 0.41 кубика адреналина.
Индекс удобочитаемости Флеша — 56, для 10-х, 12-х классов.
Похожие книги