Писатель: Вяземский Петр Андреевич
Входит в цикл: “Критика и публицистика”
Рассказ в сборнике: Сборник: Критика и публицистика
Аннотация
(В сокращении)
Случайный абзац
Карамзин: pro et contra / Сост., вступ. ст. Л. А. Сапченко. — СПб.: РХГА, 2006.
* Я не перепечатывал их, а поместил исправленные и дополненные, — притом как начало, без которого было бы невразумительно для читателей новое, нигде не напечатанное продолжение. (Прим. М. П. Погодина.)
** Издатель получил сию статью при следующей записке: "Вы изъявили ваше согласие на помещение замечаний на замечания г. Арцыбашева, а потому..." и проч. (Прим. М. П. Погодина.)
Читая замечания г. Арцыбашева на Историю Российского государства, присланные в Москву из Цивильска1, я тотчас вспомнил следующие строки незабвенного Карамзина, из его "Писем русского путешественника": "Слава, — говорит он,— подобно розе любви, имеет свое терние, свои обманы и муки. Многие ли бывали ею счастливы? Первый звук ее возбуждает гидру зависти и злословия, которые будут шипеть за вами до гробовой доски и на самую могилу вашу еще излиют яд свой!" — Так думал молодой мудрец посреди Виндзорского парка, и событие оправдало истину слов его. Карамзин уже во гробе. Словесность наша осиротела в полном значении слова: ибо мы лишились учителя в усовершенствовании отечественного языка. Она осиротела: ибо мы лишились писателя, оживлявшего наше умственное бытие прелестию и вместе силою слога своего, вливавшего в сердца наши надежду, что и под небом хладного севера могут благоухать цветы воображения, что для деятельности ума нигде нет преграды. Она осиротела: ибо мы лишились писателя-патриота: двенадцать лет в безмолвии кабинета открывавшего и разбиравшего свидетельства о нашей древней славе, о нашем древнем гражданском существовании. Но Карамзин едва сошел с земного поприща, и уже некоторые из братии, земляков его, посягают затмить славу его, умалить его заслуги {Нет, слава Карамзина неприкосновенна: до тех пор как будут уметь говорить по-русски, имя его будет произносимо с достодолжным почтением. — Не думаю даже, чтобы при жизни его зависть внушала кому-нибудь нападения на него. — Как будто бы нельзя иметь, положим, несправедливого мнения без умысла! В чем согласились люди безусловно? Гете, например, одни превозносят до небес в Германии и России, другие низвергают в преисподняя, впрочем, без всякой зависти. Терпимость! Терпимость! Когда ты воцаришься в литературном мире? (Прим. М. П. Погодина.)}. Но великие подвиги вне времени, а потому и памятники их неприступны для ржавщины: и тля и червь гибнут в атмосфере, окружающей прах незабвенного по таланту и добродетели {О чем же беспокоитесь вы, М
Координаты: 1001 год; 0.17 кубика адреналина.
Индекс удобочитаемости Флеша — 62, для 8-х и 9-х классов.
Похожие книги