Писатель: Винокур Александр Борисович
Входит в цикл: “Циклы”
Новелетта
в антологии: Антология. Двойник. Шутка
Случайный абзац
*** "Ротонда". Ночные гении, Оплёванные художники и поэты. Ржавое солнце не греет. Их не касается это. Сами они плевали В Сену, на камни Парижа. Рук никому не давали, Закатов не видели рыжих. Мало кого ненавидели, Редко кого любили. Писали о местных жителях, Розах, войне и России. Привычно тянулось кофе, Зима повторяла лето. Никто не списывал копий С их почерков и портретов. Не всё понималось похоже - Иное понятие света. Цветок у красивой прохожей Писался большим букетом. У моря огромного цвета Дышалось сухим океаном. Художникам и поэтам И этого было мало. Совсем не мечтая о счастье, Они его называли. И были какой-то частью Доступного нам едва ли. Не веря ни в разум, ни в чувство, При этом ничуть не страдая, Они создавали искусство, Которое мы не признаем. Мы верим в синее море, В следствие, дождь и причину. Мы ощущаем горы По самым высоким вершинам. Они улыбались резко: "А будет ли всё это мире?" Дыхание стало тесным. Как будто ты на Памире. 1965 *** Артюр Рембо. Песок сушил пустыню. И город спал, глаза полузакрыв. Каирский дождь шептал, как паутина. О чём-то плакал. Медленно, навзрыд. Все было просто и определённо. Бог - это Б-г. А мысль - это мысль. Но надо быть ребёнком и влюблённым, Чтобы об этом вслух переспросить. Ничто не вызывало ощущений Своей неповторённой красоты. И в смутных очертаньях поселений Не возникали новые мечты. Томительно тянулось бремя буден, Начавшееся пыльною весной. Не ведал он, что, может быть и люди, И даже сам он был тому виной. Уехал... Смуглость африканок Не заменила белых жёстких лиц. И он не понимал ни океана, Ни слов, ни новых буден, ни столиц... У жёлтого египетского камня Обиженный и дремлющий феллах Читал молитву, как мольбу, напамять, Не разобравшись в старых письменах. 1965 *** Эсмеральда танцует на площади, Забывая себя и людей. И раскатанным шаром по плоскости Пляшут взгляды прохожих на ней. Эти тонкие руки воздетые С легким трепетом полутеней Ловят небо большое, согретое Теплотою парижских камней. И, растянутый тонкою лентою, Размотался по площади круг... О коленку стучать ей коленкою Без напарников или подруг. На роду, видно, было написано Каждых встречных собой веселить. Напечатано, переиздано, Чтоб ни в силах никто изменить. 1966 *** Метель четыре ночи Молотит темень крыш. Раскрошенною плотью - Раскрашенный Париж. А с ним - речитативы И давних дней напев. Провинции картины Смущают юных дев. И город, этой стужей Расколотый не вдруг, Являет, жизнь порушив, Приметы новых смут. Знать, снова возбужденье Природы и л
Координаты: -29 год; 0.23 кубика адреналина.
Индекс удобочитаемости Флеша — 78, для 13 лет (7-й класс).
Похожие книги