Писатель: Горбатенко Александр Евгеньевич
Входит в цикл: “Сборник рассказов”
Глава в томе: Опыты нелинейного жития
Случайный абзац
Дождик незаметно перестал, когда Боб, тщательно позавтракав и усвоив изрядно шиповникового чаю, обнаружил не то, чтобы явное облегчение, но некоторую всё же гармонизацию хаоса, отчего стало возможным переместиться левее и западнее: как речено в какой-то из философий, демиургическое, мастерское начало возобладало в нём, и он сказал себе: -- Ты ещё жив, старый люмпен? -- За старого ответишь, -- пригрозил себе Боб, -- но, пожалуй, что скорее жив, нежели напротив; тогда Боб предложил своему собеседнику единым гневным порывом выступить против выморочного прозябания во грубом диктате физиологических недоразумений и заняться созидательным врастанием в уже существующее завтра; был, правда, один хрупкий нюанс касательно Миколы, семнадцатого августа и котлетной у Народного моста, под кино "Баррикады", но он был шутя отметен с помощью шанцевого орудия и неточной цитаты про шанец, в котором нет правил. -- Итак, господа, -- обратился Боб к небеспристрастной, пусть и воображаемой, аудитории, -- главными пороками нашего братушки ушельца вы полагаете то, что вами же названо аполитичностью (раз!), аморальностью (понятие весьма резиновое, но факт, два), наконец, пассивностью и недеянием (три, хотя это, в общем, не одно и то же). Что до номера раз, то скажу вам запростецкую вещь (тут Боб обозначил линией на почве контуры котлована и аварийный брезент подстелил для извлечения недр): идеологизация мышления (ударение в последнем слове на слоге первом, хромая ваша телега) -- это как раз то досадное чёрт-те что, которое приучило вас в случае чего беззаветно положить живот или потяту быть за что-нибудь столь же однохерственное, как засилие инородцев или пролетарский интернационализм, таким образом, человеки легко закрывают себе глаза на любое, что с ними творят, и стоически терпят ежедневные изнасилования и скотства от игемонов своих, больше того -- сие становится также и вашей нормой по отношению к нижестоящим; и вот -- вы рвёте друг другу глотки за то, чего они обеспечили себе без очереди и в достатке, хо! -- тут Боб хищно вонзил клинок лопаты в податливый полупесчаный грунт. -- А мы, посторонние, непротивленцы и ушельцы всех мастей, не желаем соваться в пандерьмизм официальных структур, делаем себе небольшой мир в кухне, -- чего тут стыдиться? -- чиним свою керосинку, и не намерены воевать ни с вашими игемонами, у которых монополия на все деяния, не дающие помереть с голоду, ни, тем более, с вами, милые, -- вот мы и уходим, а куда, -- другой уже вопрос (тут Боб собрал в кучк
Координаты: 1323 год; 0.18 кубика адреналина.
Индекс удобочитаемости Флеша — 42, для студентов.
Похожие книги